ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 

Прикинув, Чань решил справиться в борделе – не может быть, чтобы хоть кто-нибудь не заметил новой шлюхи, так изгвазданной кровью.
* * *
Серый свет за окном напомнил ему, что он заспался позже обычного. Он поднялся, ополоснул лицо в тазу, потом усердно отерся старым полотенцем и решил, что вполне может обойтись без бритья еще один день. Поколебавшись несколько мгновений, он решил ополоснуть рот соленой водой, сплюнул в горшок, пописал туда же, а потом вместо расчески прошелся по волосам пятерней. Его вчерашнее белье было еще достаточно чистым, и он, надев его, заново повязал черный галстук, в один из карманов пальто засунул свою бритву, в другой – тоненький томик «Персефоны», потом надел очки, потому что даже такой слабый свет причинял боль его глазам, взял свою тяжелую с металлическим набалдашником трость и запер за собой дверь.
Время только-только перевалило за полдень, но узкие улицы были пусты. Чаня это не удивило. Много лет назад этот район считался престижным – ряды шестиэтажных доходных домов выстроились у берега, неподалеку от городского парка, но все возрастающее зловоние реки, ночной туман и совершающиеся под его покровом преступления привели к тому, что владельцы стали сдавать жилье внаем задешево. Дома с изящной лепниной были перестроены, разделены перегородками на сотни клетушек – теперь сюда вселялись обитатели, принадлежащие совсем к другой касте, к касте личностей сомнительных, к каковой принадлежал и он сам. Чань прошел два квартала на север – в сторону, противоположную его маршруту, чтобы купить утреннюю газету, сунул ее, не читая, себе под мышку и повернул назад к реке. Изначально «Ратон марин» была таверной – и до сих пор функционировала в этом качестве, но днем там подавали кофе, чай и горький шоколад. Таким образом таверна расширила ассортимент услуг, предлагая желающим место, где можно было засесть, с одной стороны, на виду, а с другой – оставаясь невидимым, в ожидании того, кто нужен тебе или кому нужен ты.
Кардинал уселся за столик в полутемном главном зале, подальше от света открытого перехода, и заказал чашечку самого черного и острого южноамериканского шоколада. Сегодня утром он ни с кем не хотел говорить, по крайней мере пока. Он хотел полистать газету, а на это требовалось время. Он разложил ее на столике перед собой первой страницей вверх и скосился так, чтобы видеть только самые крупные шрифты, щадя по возможности глаза от ненужных текстов. Таким образом он просмотрел заголовки, быстро разобрался с международными трагедиями и скандалами, погодой, болезнями и финансовыми проблемами. Он протер глаза и набрал полный рот горячего шоколада. Горло у него перехватило от горечи, но все равно он почувствовал, как все его ощущения обострились. Он вернулся к газете, перешел к местным новостям, настраивая себя на более мелкий шрифт, и наконец нашел то, что искал. Чань сделал еще один укрепляющий глоток напитка и погрузился в плотную колонку текста.
Исчезновение полкового героя.
Сообщается, что полковник Артур Траппинг, командир Четвертого драгунского полка, орденоносец, герой осады Франкской крепости и сражения у Рокраальского водопада, не явился сегодня к месту службы. Отсутствует он и у себя дома на Адриан-Сквер. Отсутствие полковника Траппинга было замечено во время официальной церемонии присвоения Четвертому драгунскому полку звания «Собственный его высочества» и передачи ему функций по защите дворца, сопровождения высоких лиц и обеспечения безопасности правительства. На церемонии место полковника Траппинга занял адъютант-полковник Ноланд Аспич, принявший официальный приказ о новых обязанностях от герцога Сталмерского, которого сопровождали представители дворца. Несмотря на озабоченность, выраженную на самых правительственных верхах, власти так и не смогли обнаружить пропавшего офицера…
Чань закончил читать и протер глаза. Заметка сообщила ему все, что его интересовало, или все, что ему нужно было знать в настоящий момент. Либо правду скрывают, либо факты и в самом деле пока остаются неизвестными. Он не мог поверить, что перемещения Траппинга представляли собой такую уж тайну – ведь он-то сам без особого труда выследил его, – но за прошедшее время могло произойти всякое, изменившее то, что представлялось ему фактами. Он вздохнул. Хотя его участие на этом должно бы закончиться, существовала высокая вероятность того, что для него это только начало. Все будет зависеть от клиента.
Он уже собирался перевернуть страницу, когда его внимание привлек еще один заголовок. Погиб некий провинциальный аристократ – лорд Тарр, о котором он, Чань, никогда прежде не слышал. Чань принялся читать и узнал, что недомогавший Тарр был найден в своем саду, с разодранным горлом. Хотя рана и могла быть нанесена диким хищником, теперь возникли подозрения, что рваные края лишь имитировали волчьи укусы, дабы скрыть глубокий разрез, сделанный лезвием. Проводилось расследование, а расследование может затянуться… Чань, взяв чашку, подумал, что именно поэтому у него хватает заказов. Никто не любит ждать.
* * *
Словно по сигналу, кто-то рядом с ним осторожно кашлянул. Чань поднял глаза и увидел солдата в форме – красный мундир и брюки, черные сапоги, медный шлем с конским хвостом в одной руке, другая покоится на рукоятке длинной сабли; он стоял в дверях, словно боялся, войдя в «Ратон марин», уронить свою воинскую честь. Увидев, что Чань заметил его, солдат кивнул и щелкнул сапогами.
– Не могли бы вы последовать со мной, сэр? – почтительно обратился он к Чаню.
Остальные посетители вели так себя так, будто не слышали ни слова. Чань кивнул солдату и встал. Все случилось быстрее, чем он рассчитывал. Он взял свою трость, а газету оставил – пусть прочтет еще кто-нибудь.
Они прошли несколько кварталов по направлению к реке, не проронив ни слова. Яркая форма его спутника резко контрастировала с монохромным фоном окрестностей – булыжной мостовой, серой штукатуркой стен и черными лужами вонючей воды. Чань знал, что и его собственное пальто производит такой же эффект, и улыбнулся, подумав о том, какую странную пару они являют собой и насколько солдату может быть ненавистна эта мысль. Они завернули за угол и зашли на каменный пирс, нависавший над рекой. Под ними быстро катился черный широкий поток, а другой берег был едва виден из-за клубов тумана, который либо еще не успел рассеяться с ночи, либо начал собираться к вечеру. Пирс этот во времена процветания района использовался как пристань для прогулочных лодок и водного такси. С того времени он был оставлен на разрушение.
Как и предполагал Чань, здесь его ждал адъютант-полковник Ноланд Аспич с адъютантом и тремя другими солдатами, стоявшими за его спиной, еще двое ждали в аккуратном баркасе, причаленном к мосткам. Чань остановился, пропуская своего проводника вперед, к его командиру, – тот подошел, щелкнул каблуками, доложил, сделав движение рукой в сторону Чаня. Аспич кивнул, помедлил немного, подошел к Чаню, стоявшему вне пределов слышимости остальных.
– Где он? – тихим голосом спросил адъютант-полковник.
Аспич был мускулистый, поджарый человек с редеющими волосами, подстриженными коротким ежиком. Он вытащил из кармана своего красного мундира тонкую черную манильскую сигару, откусил кончик, сплюнул, достал маленький коробок спичек, потом повернулся лицом в подветренную сторону, чиркнул спичкой, несколько раз втянул в себя воздух, пока сигара не загорелась, выдохнул голубой дымок и снова вперился своим сверлящим взглядом в Чаня, который так и не ответил на его вопрос.
– Ну, так что вы можете сказать?
Чань из принципа не терпел никакой власти. Какие бы практические соображения ни подстегивали его, он всегда чувствовал, что власть есть проявление чьего-то личного произвольного желания, и это глубоко его задевало. Церковь, военные, правительство, аристократия, бизнес – у него мороз продирал по коже при любом взаимодействии с ними, и хотя он и не отказывал тому же Аспичу в вероятной компетентности, но, видя, как офицер откусывает кончик сигары, как сплевывает, испытывал неодолимое желание исполосовать его на месте своей бритвой, и плевать на последствия. Но он тем не менее стоял спокойно и как мог неторопливо отвечал адъютанту-полковнику Аспичу:
– Он мертв.
– Вы уверены? Что вы сделали с телом?
Когда Аспич говорил, двигались только его губы, а все остальное тело пребывало в неподвижности, и если смотреть со спины, которую и видели его солдаты, то можно было подумать, что он просто слушает Чаня.
– Я ничего не сделал с телом. Я его не убивал.
– Но… мы… вы получили инструкции?
– Он уже был мертв.
Аспич погрузился в молчание.
– Я последовал за ним с Адриан-Сквер за город, до Орандж-канала. Он встретился с группой людей, и вместе они дождались небольшой лодки, которая приплыла по каналу. Они вытащили оттуда какой-то груз, переложили его в две телеги и отогнали их к ближайшему дому. Большому дому. Вы не знаете, что это за дом у Орандж-канала?
Аспич сплюнул.
– Могу догадываться.
– Там явно устраивался большой прием… Кажется, предлогом было обручение дочери лорда.
Аспич кивнул:
– С немцем.
– Мне удалось проникнуть в дом. Мне удалось найти полковника Траппинга, и не без труда, но все же удалось подсыпать кое-что в его бокал с вином…
– Постойте, постойте, – прервал его Аспич, – а кто еще там был? Кто еще был с ним на канале? Что сталось с телегами? Если его убил кто-то другой…
– Я говорю вам то, – прошипел Чань, – что собираюсь рассказать. Вы хотите слушать?
– А я думаю, не высечь ли тебя кнутом.
– В самом деле?
Аспич вздохнул, обернулся, обвел взглядом своих солдат.
– Да нет, я просто пошутил. Все это было очень трудно… и от вас никаких вестей…
– Я проснулся ни свет ни заря. Я объяснял, что торопиться не следует. А вы посылаете за мной солдата в форме и заявляетесь в такую часть города, где вам по социальному и профессиональному статусу и быть не положено. Устроили бы еще фейерверк. Если кто чего заподозрит…
– Никто ничего не заподозрит.
– Из тех, кого знаете вы. А мне придется вернуться в кофейню и задобрить деньгами тех пятерых, кто видел, как меня таким вот образом вызывали… и это для того, чтобы защитить нас обоих. В бою вы так же наплевательски относитесь к жизням своих солдат? К себе самому?
Аспич не привык, чтобы с ним разговаривали в таком тоне, но его молчание само по себе было признанием ошибки. Он отвернулся, вглядываясь в туман.
– Ну, ладно. Продолжайте.
Чань прищурился. Пока все было довольно просто, но теперь он действовал наугад в той же мере, что и Аспич, хотя тот, возможно, лишь делал вид, что действует наугад.
– В доме находились сотни людей. Это и в самом деле был прием в связи с обручением. Может, за ним скрывалось что-то еще, но прием действительно был, и это создавало для меня трудности, во-первых, в моих попытках смешаться с присутствующими, а во-вторых, на пути к достижению моей цели. Прежде чем вещество успело оказать свое действие, полковник Траппинг скрылся с моих глаз, оставил собрание, ушел по черной лестнице. Я не смог последовать за ним сразу же и был вынужден искать его по всему дому. Когда я наконец нашел его, он был мертв. Я не мог понять почему. Количество яда, что я подсыпал ему, не могло привести к немедленной смерти, и тем не менее на его теле не было никаких следов насилия.
– Вы уверены, что он был мертв?
– Конечно уверен.
– Наверно, вы неправильно рассчитали дозу яда.
– Это невозможно.
– Что же, по-вашему, произошло? И вы так до сих пор и не объяснили, что случилось с телом.
– Я предлагаю вам успокоиться и дослушать меня до конца.
– Я предлагаю вам, черт побери, продолжать ваши объяснения.
Чань пропустил это мимо ушей, сохранив ровный тон.
– На лице Траппинга вокруг глаз были следы, похожие на ожоги, но какой-то правильной формы, похожие на клейма…
– Клейма?
– Верно.
– На лице?
– Как я уже сказал. Далее, в комнате… стоял какой-то странный запах…
– Запах чего?
– Не знаю. Я плохо разбираюсь в запахах.
– Яда?
– Возможно. Не знаю.
Аспич нахмурился, погрузился в размышления.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140

загрузка...