ТВОРЧЕСТВО

ПОЗНАНИЕ

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  AZ

 


Им несколько раз пришлось остановиться, пропуская группы гостей, пересекавших коридор и, видимо, направлявшихся из разных концов дома в театральный зал. Гости, в вечернем платье и масках, были веселы и возбуждены (как двое людей, чей разговор он подслушал немного раньше), а завидев странную группу, принимались глазеть на солдат и трех человек посредине – Чаня, Аспича и миссис Стерн, словно те представляли собой некую странную шараду: солдат, дама и демон. Чань непременно отвечал злобной ухмылкой на любой слишком пристальный взгляд, но с каждой такой встречей все сильнее чувствовал свое одиночество и яснее понимал всю свою самонадеянность и неотвратимость судьбы.
Они прошли еще метров сорок и наконец оказались перед невысоким человеком в тяжелом пальто и темных очках, на груди у него висел странного вида патронташ, из которого торчали дюжины две металлических сосудов. Он поднял руку, призывая их остановиться. Аспич оставил миссис Стерн и захромал вперед. Он заговорил с человеком тихим голосом, но не настолько тихим, чтобы Чань ничего не услышал.
– Доктор Лоренц! – прошептал полковник. – Что-то случилось?
Доктор Лоренц не разделял стремления полковника к осторожности. Он ответил резким тоном, обращаясь в равной мере к Аспичу и женщине:
– Мне нужно несколько ваших людей. Шестерых будет вполне достаточно. У нас нет ни минуты на обсуждение.
– Вам нужно? – переспросил Аспич. – С какой это стати вам нужны мои люди?
– С такой, что с людьми, выделенными мне в помощь, кое-что случилось, – рявкнул в ответ Лоренц. – Я думаю, понять это не так уж трудно!
Лоренц показал на открытую дверь у себя за спиной, и тут Чань заметил кровавый отпечаток на деревянном косяке и скол в дереве – явно след от пули.
Аспич повернулся и щелчками пальцев обозначил шестерых солдат из первой колонны, а потом вместе с ними, прихрамывая, направился к двери. Лоренц смотрел им вслед, оставаясь на месте, одной ладонью лениво похлопывая по раскачивающимся сосудам в патронташе. Его взгляд переместился на Чаня и миссис Стерн, а потом застыл на книге под мышкой Чаня. Доктор Лоренц облизнул губы.
– Вы не знаете, это у него какая?
Вопрос был обращен к миссис Стерн, но глаз от книги он так и не оторвал.
– Не знаю. Как сказал мне Кардинал, он взял ее у одной дамы.
– Ага, – ответил Лоренц и на секунду задумался. – В маске с бусинками?
Чань не ответил. Лоренц снова облизнул губы и кивнул сам себе:
– Видимо, так. Леди Мелантес. И лорд Актон. И капитан Хейзелхорст. И я думаю, сама миссис Марчмур. Если только я не ошибаюсь. Довольно важный том.
Миссис Стерн не ответила, но Чань уже знал, что таким способом она дает понять, что прекрасно понимает важность книги и не нуждается в советах доктора Лоренца.
Несколько мгновений спустя во главе своих людей появился Аспич – они все вшестером несли по виду довольно тяжелые носилки, поверх которых лежал холст, привязанный к основанию носилок и скрывавший того, кто на них лежал.
– Отлично, – сказал Лоренц. – Премного вам признателен. Сюда…
Он указал солдатам, тащившим носилки, на дверь по другую сторону коридора.
– Вы не пойдете с нами? – спросил Аспич.
– Нет времени, – ответил Лоренц. – Я и так потерял драгоценные минуты… Если нам удастся это сделать, то только сейчас… наши запасы льда закончились! Прошу вас, передайте все мое уважение, мадам.
Он кивнул миссис Стерн и последовал за солдатами.
* * *
Они дошли до конца коридора и снова остановились – Аспич послал одного из солдат вперед, убедиться, что путь свободен. Чань тем временем поудобней перехватил книгу. Колонна драгун впереди уменьшилась с десяти человек до четырех. Точный бросок книги мог бы всех их вывести из строя и расчистить ему путь… вот только куда? Он разглядывал спины солдат впереди и представлял себе, как может разлететься на осколки книга… А потом невольно вспомнил Ривса и свой хрупкий союз с капитаном Смитом. Что ему сделали драгуны? Как он будет смотреть в глаза Смиту, расправившись с кем-нибудь из его людей таким жутким способом? Если бы не было никаких других вариантов, он не стал бы колебаться, но, если спасение невозможно, зачем ему вообще связываться с драгунами? Он сохранит книгу – либо, если удастся, уничтожит ею главных заговорщиков – Розамонду или графа. К тому же с ее помощью можно будет выторговать жизнь, даже не себе, а Свенсону или Селесте. Но надежды на то, что они живы, у него не оставалось.
Он проглотил слюну, поморщившись, и увидел, что миссис Стерн смотрит на него. Было это сделано намеренно или нет, но их неторопливое, долгое путешествие от башни по коридорам погасило его гнев, и теперь его тело в полной мере ощущало всю накопившуюся усталость. Он почувствовал что-то у себя на губе и отер ее перчаткой – пятно яркой крови. Он посмотрел на миссис Стерн, но лицо ее оставалось бесстрастным.
– Как видите, терять мне уже почти нечего, – сказал он.
– Все так думают, – сообщил полковник Аспич, – пока это «почти ничего» не начинают у них забирать. И тогда им кажется, что это чуть ли не целый мир.
Чань ничего не ответил, с горечью отвергая саму возможность того, что от полковника может исходить хоть что-то, похожее на откровение.
Из двери появился драгун, щелкнул каблуками и отсалютовал Аспичу:
– Прошу прощения, сэр, но они готовы.
Аспич уронил сигару на пол и затоптал ее каблуком, а потом, прихрамывая, поспешил к театральному залу во главе своих людей. Миссис Стерн, шагая следом вместе с Чанем, внимательно следила за Кардиналом и незаметно отошла от него дальше, чем на вытянутую руку.
* * *
Когда они вошли в зал, там оказалось столько людей, что сквозь эту толпу, расступавшуюся перед клином драгун, Чаню ничего не было видно; зрители освобождали пространство перед ними, как некая изящная шелестящая волна. Они прошли в центр зала, где полковник ломким голосом прокричал слова команды и вместе со своими драгунами расчистил площадку на шесть шагов в каждом направлении, оттесняя толпу назад, потом они повернулись к Кардиналу Чаню и миссис Стерн, стоявшим вдвоем в центре круга.
Миссис Стерн медленно шагнула вперед и поклонилась публике, уронив голову так низко, будто перед ней были королевские особы. Перед ними, словно монархи на возвышении, стояли некоронованные короли заговора – графиня ди Лакер-Сфорца, заместитель министра Гаральд Граббе и, к злорадному удовольствию Чаня, с рукой в бинтах и на перевязи, Франсис Ксонк. Сбоку от них стояла группа из трех человек: принц, слева от него – герр Флаусс в маске (он уже достаточно восстановился, чтобы стоять без посторонней помощи), а справа за его руку цеплялась улыбающаяся блондинка в белых одеждах и маске с белыми перьями.
– Вы прекрасно справились с заданием, Каролина, – сказала графиня, отвечая кивком на поклон. – Можете продолжить выполнение своих обязанностей.
Миссис Стерн выпрямилась и снова посмотрела на Кардинала Чаня, после чего быстро исчезла в толпе. Он остался один перед своими судьями.
– Кардинал Чань… – начала графиня.
Кардинал Чань откашлялся и сплюнул. Алый плевок пролетел почти половину расстояния между ним и возвышением. По толпе прокатился шепоток, исполненный ненависти. Чань увидел, как драгуны нервно перекинулись взглядами, когда толпа зрителей подалась вперед.
– Графиня, – сказал Чань, возвращая ей приветствие, его голос теперь звучал с неприятной хрипотцой. Он обвел взглядом остальных людей, стоявших на возвышении. – Министр, мистер Ксонк… Ваше высочество…
– Нам нужна эта книга, – заявил Граббе. – Положите ее на пол и отойдите в сторону.
– А что потом? – усмехнулся Чань.
– А потом вас убьют, – ответил Ксонк. – Но убьют милосердно.
– А если я не сделаю этого?
– Тогда то, что вы уже вытерпели, – сказала графиня, – покажется вам раем небесным рядом с тем, что вам предстоит.
Чань окинул взглядом толпу вокруг него и драгун – ни Смита, ни Свенсона, ни Селесты по-прежнему нигде не было видно. Он остро чувствовал роскошную обстановку этого зала: хрустальные светильники, сверкающий пол, зеркальные стены, пышные наряды зрителей в масках – как все это контрастировало с его грязными одеяниями. Он знал, что для этих людей он никто. Эти же соображения мучили его, когда он думал об Анжелике, – на нее здесь смотрели с такой же брезгливостью, как и на него, она в такой же мере, как и он, была здесь скорее скотиной, чем человеком. Иначе почему именно она первой прошла это жуткое преображение, почему ее утащили в институт? Потому что для них не имело значения, умрет она или нет. Но она не замечала их презрения, как не замечала существования Чаня (хотя, конечно же, замечала, просто не хотела верить своим глазам). Но потом Чань вспомнил городских знаменитостей, которых видел склоненными над стеклянными книгами в отдельных апартаментах, и Роберта Вандаариффа, превращенного в автомат, который покрывает бумагу каракулями. Заговорщики относились с презрением не только к людям низкого происхождения или беднякам.
Чань вынужден был признать, что перед их кознями все равны.
И все же Чань усмехнулся, видя то презрение и ярость, что изливались на него из-за спин драгун. Каждому гостю предоставлялась возможность полизать сапоги заговорщиков, и теперь они готовы были драться за место в этой очереди. Что же это за люди, которым удалось ослепить столь многих?
Он с горечью подумал, что половину работы заговорщики уже проделали – то непомерное честолюбие, что руководило их приспешниками, всегда пряталось в тени, нетерпеливо выжидая случая прорваться наружу. То, что они попались на крючок с наживкой, никому из них не приходило в голову – они были слишком рады тому, что заглотили ее.
* * *
Он поднял перед собой мерцающую стеклянную книгу, чтобы все ее видели. По какой-то причине поднятие рук болью отдалось в его кровоточащих легких, и у Кардинала начался приступ мучительного кашля. Он снова сплюнул и отер свой окровавленный рот.
– Нам из-за вас придется мыть пол, – заметила графиня.
– Я так полагаю, что доставил вам некоторые неудобства, не отдав концы в министерстве, – хриплым голосом ответил Чань.
– Ужасные неудобства, но вы показали себя весьма достойным противником, Кардинал. – Она улыбнулась Чаню. – Вы со мной согласны, мистер Ксонк? – спросила она, и Чань почувствовал, что она подшучивает над Ксонком с его обожженной рукой.
– Вот уж точно! Кардинал иллюстрирует трудность стоящей перед всеми нами задачи. Мы должны подготовиться к решительной борьбе, – ответил Франсис Ксонк, возвышая голос, чтобы было слышно во всех уголках помещения. – Будущее, на которое мы рассчитываем, имеет самого ярого противника в лице этого человека. Не недооценивайте его… но и недооценивайте ваши собственные уникальные качества, вашу мудрость и мужество.
Чань поморщился, слыша эту беззастенчивую ложь в адрес толпы и спрашивая себя – почему это в политике работает Граббе, а не краснобай Ксонк с его елейными речами. Он вспомнил поверженного Генри Ксонка и подумал, что никто и глазом не успеет моргнуть, как Франсис Ксонк будет сильнее пятерых Гаральдов Граббе, вместе взятых. Видимо, Граббе тоже почувствовал это, потому что выступил вперед и тоже обратился ко всей аудитории:
– Такой человек даже в эту ночь совершил ряд убийств, чтобы помешать нашей миссии. Он убил наших солдат, он осквернил наших женщин – как дикарь ворвался он в наше министерство и в этот дом! И почему?
– Потому что ты лгун и сифилитик…
– Потому, – Граббе легко мог перекричать охрипшего Чаня, – что мы предлагаем будущее, которое разрушит власть над всеми вами этого человека и его тайных хозяев. Они загнали вас в угол и дают вам объедки, тогда как сами используют плоды вашего труда себе на потребу! Мы говорим, что все это должно кончиться, а они подсылают нам убийцу, чтобы убивать нас! Вы сами видите это!
Толпа разразилась гневными криками, и Чань снова подумал, что совершенно не понимает человеческой природы. Для него все слова Граббе звучали не менее глупо, чем слова Ксонка, так же по-фиглярски, это было ясно ему как божий день. И тем не менее после этих слов собравшиеся здесь, как гончие псы, готовы были наброситься на Чаня и разорвать его на куски.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140

загрузка...